Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

О критиках правительства

В середине декабря смотрел в мюнхенской гостинице ящик. Бегущая строка канала N-TV сообщала, что баварский премьер Штойбер выступил, как Regierungsrkritiker в вопросе о реформе здравоохранения. Собственно, чего же и не выступить -- премьер такой большой земли, к тому же нежно любящий фрау канцлерин, имеет право. На следующий день та же бегущая строка сообщила, что Russische Regierungskritiker Евгений Лимарев считает себя следующей жертвой отравителей после Литвиненко и Скарамеллы, по каковому случаю он в своем доме verbarrikadiert. Более о его судьбе ничего не сообщалось, вероятно проживающий во Франции Russische Regierungskritiker по прежнему verbarrikadiert -- подобно Атосу в погребе у амьенского трактирщика. Но мне понравилось равноправие -- и Штойбер, и Лимарев носят одинаковое звание "критик правительства". Добрый немец посмотрит новости и сразу поймет, что забаррикадировавшийся Лимарев -- важная птица, что-то навроде земельного премьера.

По морям промчался Аттис

Пройдя по ссылке, с немалым опозданием узнал про самооскопление ЖЖ-автора </a></b></a>nasha_sasha. Сам-то сюжет совсем не нов, см. еще катулловского Аттиса -- "Накатившей яростью пьян // Оскопил он острым камнем // Молодое тело свое". Мельников-Печерский в своих МВДшных разысканиях тоже излагает довольно историй про белых голубей (интересно, что многие реальные истории со скопцами автор переносит в "На горах", прилагая их уже к хлыстам -- возможно, из цензурных соображений).
Но сильнейший диссонанс происходит от того, что хоть поклонники богини Кибелы, хоть белые голуби, дико безумствуя, были исполнены стремления к трасцендентному и в желании приблизиться к Абсолюту творили над собой такие вещи. Нынешняя история, напротив, лишена чего бы то ни было, похожего на темный фригийский экстаз, ничего трансцендетного там и не ночевало, и тексты, исходящие от скопца, более всего вызывают в памяти прутковское "Древней греческой старухе, как если бы она домогалась моей любви". Случилось страшное -- и не породило ничего, кроме пошлейшей кокетливости. Так исправляется наш век.
Хотя такое секулярное скопчество почему-то вызывает ощущение даже большей жути, чем поведанная Мельниковым-Печерским история про поручика Созоновича, оскопившего себя в 1821 г. в Одессе.